Опубликовано 2nd Март 2016 |

Поздравления для Людмилы Вениаминовны Кочержиной!

18.12.15 - 1

Голові Дніпропетровського областного відділення УСВЖН Кочержиній Л.В. 3 – го березня виповнилося 80 років!


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


Шановна Людмила Веніаміновно!

Від імені Української спілки в’язнів — жертв нацизму і себе особисто щиро вітаю Вас з чудовим днем — Днем Вашого народження!
Ювілей — це свято, не осінь . Це Наше багатство — роки.
Ви красиві, ви жіночні і сповнені життєвих сил! Ви талановитий — прекрасний керівник. Вашу працю на благо людей постраждали від нацизму важко переоцінити.
Міцного Вам здоров’я, радісних днів, подальших успіхів у Вашій благородній діяльності!
Нехай кожен рік буде кращим за попередній і принесе Вам здійснення найзаповітніших бажань! А діяльність Ваша нехай завжди приносить Вам тільки радість і задоволення.
Нехай це чудесне свято подарує Вам гарний настрій і чудові зустрічі!

Маркіян Демидов
Глолова Української спілки в’язнів – жертв нацизму


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


«О себе и о времени»

img003 Майский день 2011 года. Чудесный, весенний, еще по-днепропетровскому не знойный. Я иду тенистой аллеей прекрасного, утопающего в цветах, парка, раскинувшегося на территории Днепропетровского национального университета железнодорожного транспорта. Парк заложен в 1930 году студентами первого приема ДИИТа (Днепропетровский институт инженеров железнодорожного транспорта, так назывался раньше университет). Одним из этих студентов был и мой папа, Кочержин Вениамин Степанович, выпускник 1935 года, первого выпуска ДИИТа. Первый корпус ДИИТа, первое общежитие также строили студенты в голодные, холодные, тревожные тридцатые годы. Работали на стройке и учились. Учились и работали. Ночами восполняли пробелы среднего образования не дополученного, а порой и просто не полученного. Таково было то время.
Господи, но почему мне так грустно! Та же навстречу несется толпа молодых и, как все молодое, красивых, веселых лиц. Неоднократно слышу: «Здравствуйте, Людмила Вениаминовна!». Вижу приветливые улыбки. Это всегда повышало мне настроение, придавало силы и бодрость. Что же сегодня не так? И вдруг осознание.
Сегодня я идут на последнее в моей жизни заседание кафедры, как на последнее свидание с любимым, на прощание с моей трудовой деятельностью, с институтом, с которым столько связано! Но об этом дальше.
А сейчас… что сейчас? Я вдруг, как-то по-новому осмотрелась и увидела, какими огромными стали ели. Выше 4-х этажного общежития! А я помню, когда они едва достигали окон первого. Боже, а эта красота! Сакура в цвету. В Днепропетровске сакура есть только в ДИИТе. И цветы, цветы, кругом цветы. До чего же красиво! И пока я пересекала парк, шла по блестящему паркету длинного коридора, того самого первого корпуса, поднималась на 5-ый этаж, в 510 аудиторию, на дверях которой табличка «Графика», вся жизнь пронеслась перед глазами. Но начну я не с самого начала. О самом начале уже не раз рассказано, написано, напечатано и учениками УВК 122 поставлено на школьной сцене. Хотя еще не все. Послевоенное время осталось за кадром. Трудное, голодное, а порой трагичное не менее военного. Но это отдельный разговор. А сейчас о хорошем.
10 июля 1954 года. Все тот же ДИИТ. Перед дверью с надписью выведенной золотыми буквами «Начальник института, Генерал-директор, Доктор технических наук, Профессор Всеволод Аратюнович Лазарян» —
стайка совсем юных девочек и мальчиков, со встревоженными, а у некоторых перепуганными лицами. Ничего удивительного: только от перечисленных регалий можно от страха помереть, а собравшимся предстоит сейчас входить в эту дверь, где решится их судьба. Встревоженная стайка — это выпускники медалисты, пришедшие на собеседование. Среди них и я…
Но прежде чем продолжить изложение событий этого дня, я хотела бы остановиться на некоторых «особенностях» того времени.
1954 год. Сталин уже год как умер. Но «дело» Сталина живет. При поступлении в ВУЗ заполнялась анкета, в которой такие вопросы: национальность (называемая в народе «пятая графа»), социальное происхождение, где находился во время оккупации, есть ли родственники за границей, имел ли судимость, имели или имеют ли судимость твои родственники и что-то еще в подобном духе, но думаю и этого достаточно, чтобы представить обстановку того времени. А теперь ответьте, пожалуйста, на вопрос: что делать девочке-отличнице, не представляющей себе жизни без учебы, а ее анкета ну никак не вписывается в существующие стандарты, которые «имели в виду» и ее медаль, и ее мечту о математическом факультете? Сейчас, проживши жизнь, я пришла к выводу: не всегда, дорога которую ты выбираешь, принесет тебе счастье, удачу. Часто бывает наоборот. Так, может, не следует зацикливаться на своей мечте? Может, стоит пойти путем, который тебя выбирает? Я так и сделала, и об этом никогда, никогда не пожалела. Ситуация на тот момент в Днепропетровске была такой: медалистов принимали в вузы без экзамена и без собеседования (в 1954 году такого понятия еще не было). Могли отказать, заявив, что необходимое количество медалистов уже принято (это лучший вариант), а могли принять документы, продержать пока прием документов от медалистов в вузы не закончится и объявить: простите, нужное количество медалистов набрано, вы можете поступать на общих основаниях. Так поступили в университете с медалистками из моего класса: у одной отец был в плену, у другой – без вести пропавший, а третья просто была еврейкой (дело евреев – врачей распространилось на всех евреев и свирепствовало в стране). По непонятной мне причине, современные евреи не помнят или не хотят помнить того для них опасного периода, который мог иметь конец, подобный концу крымских татар. Не помнящим советую почитать «Легенды Невского проспекта» Михаила Веллера. Слава Богу, вождь всех народов не успел осуществить свой замысел, помер.
И все же хочу сказать: какие бы ни были режимы и времена, всегда находятся люди, которые не боятся брать на себя ответственность. Для которых совесть, порядочность, гражданственность – не лозунги, а естественное состояние.
Таким был Всеволод Аратюнович Лазарян, ученый с мировым именем, его имя носят ДИИТ, улица в Днепропетровске. В то еще коварное время В.А. Лазарян возглавлял ДИИТ и принимал не по анкете, а по уму. Вот и повалили все медалисты с анкетами «контриков» в ДИИТ и оказалось их очень даже немало. Тогда впервые в Днепропетровске Лазаряном было введено собеседование для медалистов.
… Дрожащей рукой открываю дверь и вхожу в огромный кабинет. Столы составлены буквой Т. Во главе стола красивый мужчина в генеральской форме, понимаю, что это и есть Лазарян. С одной стороны сидят человек 10, тоже в железнодорожных формах, по погонам вижу, что со званиями. Это начальники факультетов и кафедр. Лазарян приветливо улыбается и приглашает сесть. Первый вопрос задает он: почему вы выбрали факультет «Электрификация железных дорог»? У меня замешательство. Честно не знаю почему? Знаю, почему ДИИТ, а факультет скорее потому, что модный. В то время начиналась электрификация Сталинской (сейчас Приднепровской) железной дороги. Что-то лепечу про любовь
к физике. Лазарян улыбается, в глазах вижу иронию. Затем начинает разъяснять, что это не подходящая специальность для девушки и советует мне поступать на строительный. Конечно, я соглашаюсь. После чего приступили к собеседованию. Пошли вопросы. Каждый из присутствующих мог задавать вопросы и не один. Не помню, сколько было вопросов. Хорошо запомнила последний: докажите, что в прямоугольном треугольнике квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов. Отвечаю и на этот. Лазарян: есть предложение зачислить на строительный факультет. Прошу голосовать. Все подняли руки. Лазарян поздравляет, пожимает руку и говорит: в приемной у секретаря получите справку о зачислении в институт.
Трудно описать состояние счастья переполнившего меня. Может мое описание и не совсем по теме задания, но я не могу обойти судьбоносный период моей жизни — 10 июля 1954 год. Обалдевшая и раскрасневшаяся от счастья, окрыленная вылетаю с приемной. В руках заветная справка: зачислена студенткой на 1-ый курс ДИИТа
факультет ПГС. Прошло 58 лет. Но описывая сейчас этот день, я испытываю те же чувства волнения и счастья, тоже состояние, как будто это было вчера.
Вот и 1 сентября. Уверенная в себе, «вся из себя», на крыльях несусь в институт на встречу с новой жизнью, с надеждой, что будет она интересной и веселой. Надежда оправдалась. Студенческие годы — лучшие годы жизни, праздник, который навсегда остался со мной. И не только со мной. Вот уже 54 года как окончили институт, но каждые 5 лет, в первую субботу июля, в 10-00 мы собираемся у центрального входа в университет. Что движет этими, сейчас уже далеко немолодыми людьми, отправившимися в дорогу из других городов и стран? Память, желание встретиться с юностью, пережить атмосферу той легкости, которую ощущаешь, когда молод. После официальной части, встречи с администрацией и преподавателями, вечером съезжаемся на базу отдыха или собираемся в ресторане и, начинается погружение в другое измерение с удивительным преображением всех действующих лиц. И никто уже не помнит, сколько ему лет. Мы уже там, в 1955 году, в замечательном селе Бигма. Замечательном уже тем, что нас отлично кормили. Повариха тетя Мария, увидев послевоенных заморышей, разохалась: «які ж вони худенькі та блідненькі, особливо хлопці», разжалобилась и решила нас откормить. На обед вкуснейшие вареники и борщи, на закуску — всем по арбузу. А какая сметана, творог, молоко!!! Не совру, если скажу, что таких вкусных молочных продуктов больше нигде не довелось отведать. Дети войны отъедались. И к концу колхозной практики окрепли, поправились, загорели. Одним словом, преобразились. После обеденного привала на сене с неохотой и ленью отправляемся на поле, к «королеве полей». Я в «привилегированном положении»: за мной заезжает колхозный учетчик на «бетке». Так называется колхозное «такси» — бричка на двух колесах для двоих. Добрый молодой парень, но немного не в себе. Пишет роман «Улыбка двадцатого века». По дороге на поле и обратно излагает его содержание. Я первый «благодарный» слушатель, думаю, и последний. Все хорошо было бы в колхозе Бигма, если бы не одно «но» — отсутствие электричества. Пришлось смотаться в город, привезти патефон с пластинками и закипела ночная студенческая жизнь под луной с «Утомленным солнцем», «Брызгами шампанского» и модным «Мишкой», с конкурсом «танго на табурете», с целомудренной игрой в «бутылочку». До чего же невинными и бесхитростными были забавы послевоенного студенчества!
Месяц пролетел как один день. Поздоровевшие и подружившиеся, переполненные воспоминаниями, которых хватило на всю жизнь, возвращаемся к студенческим будням. А будни студенческие – это особая статья, на которой я не могу не остановиться. ДИИТ известен был в городе, как вуз с нетерпимо высокими требованиями, с кличкой «Бухенвальд». Требования к дисциплине и успеваемости были уж слишком высоки.
Чувствовалось, что до января 1955 года институт был военизированным учебным заведением. Без подробностей, немного сухой, но красноречивой статистики. Сколько было отчислено после первого курса, а точнее даже после первого семестра, трудно вспомнить. А вот уже после третьего помню хорошо: на третий курс пришло четыре группы, т.е. 100 человек, окончили -75. Еще одна небез- интересная подробность, которую сейчас можно считать исторической. В 50-ые годы в ДИИТе учился сын Брежнева Л.И., в то время секретаря Днепропетровского обкома партии, так за неуспеваемость вместе со своим дружком, сыном начальника Сталинской железной дороги, были благополучно отчислены. Об этом эпизоде из истории ДИИТа не без гордости вспоминали преподаватели-ветераны, у которых я имела счастье учиться, а затем и много лет рядом с ними работать, и при этом с улыбкой добавляли: «А сын начальника института, генерал-директора получил на экзамене по начертательной геометрии тройку» До чего же невероятной кажется эта история для нашего времени! Студентам, когда рассказываешь – ехидно улыбаются, не верят. И надо сказать, спрос на выпускников ДИИТа всегда был высоким. Помню первый год своей работы в «Военпроекте» в Минске.
Начальник все удивлялся и не мог поверить, что я молодой специалист. Какой расчет конструкций не поручит – без проблем выполняю. Не меньше удивлялись молодые специалисты, окончившие БПИ: Людмила, откуда ты это знаешь?
На что я отвечала:
« Кто этого не знал, у нас институт не окончил».
Оглядываясь назад, могу констатировать: проблем с работой никогда не имела, работа искала меня. И только сейчас, оценивая ситуацию с нынешними выпускниками, понимаешь, какое это счастье быть востребованным.
Успешно и с интересом проработав 12 лет в ведущих проектных институтах Минска и Днепропетровска, на должностях от инженера-конструктора до руководителя группы, в 1971 году решила круто поменять вид своей деятельности и уйти на преподавательскую работу в институт. Как я шутила, отвечая на вопрос, почему решила поменять вид деятельности:
«Надоело работать самой, решила учить работать других».
И случилось это после очередной встречи выпускников, на которой одна наша выпускница, которая 8 раз сдавала сопромат, а теперь работает преподавателем сопромата в одном из московских техникумов, поделилась своим режимом своей жизни: отпуск 56 календарных дней и притом летом, и много других заманчивых отличий. И тут я себе сказала: «Людмила, хоть ты и любишь свою работу, успешно работаешь и есть чем гордиться: стоят дворцы, вокзалы и заводские корпуса, где тобой рассчитаны несущие конструкции, но стоит подумать о перемене». И случай не заставил долго ждать: в октябре 1971 года позвонил знакомый преподаватель ДИИТа:
«Людмила, на кафедре «Графика» есть вакансия, подавай документы».
Я подумала, хоть это и не совсем то, что я хотела бы, для меня, естественно, предпочтительнее кафедра строительных конструкций, но и с начертательной геометрией у меня проблем не было. Помню на первом курсе, когда многих тормозила начерталка, я не могла понять, что они не понимают, ведь все так очевидно. И решила подавать документы на конкурс. Но прежде несколько слов о том времени, а именно, что значила бумажка в нашей жизни. Для участия в конкурсе необходима характеристика с места работы, за которой, естественно, я пришла к начальнику. Выслушав меня, он раздраженно бросил:
«Что уходить собралась?! Я дам тебе характеристику! В тюрьму с ней можешь идти, а не в институт преподавать!»
И выдал: отличный специалист, ответственно относится к своим служебным обязанностям, но…. политучебу не посещает, на собрание не остается, на демонстрацию не ходит. И все это правда. Доченька у меня болезненная и мне не до собраний и политучеб. Обескураженная, сажусь на место. Ясно, что с такой характеристикой ни о каком институте нечего и мечтать. И вдруг, о эврика! Вспоминаю, что я ударник коммунистического труда. Вроде бы и бумажку выдавали. Роюсь в столе – вот она заветная, и не просто бумажка, а удостоверение.
Хватаю его спасительное и бегом в кабинет к начальнику. Теперь уже я с ехидной ухмылочкой:
«Николай Александрович, я с характеристикой согласна, но вы упустили одну деталь. После перечисленных «достоинств», пожалуйста, добавьте еще одно «но», ударник коммунистического труда». Начальник обозвал меня «канальей» и переписал характеристику.
Так 26 октября 1971 года я приступила к выполнению совершенно новых для меня служебных обязанностей- обязанностей преподавателя начертательной геометрии. Не могу сказать, что сначала было просто, все же середина семестра, но с новым своим статусом освоилась достаточно быстро.
И не просто освоилась, но полюбила работу, полюбила студентов. Думаю, что это взаимно. Иначе не могла бы проработать на этом месте долгие 40 лет, которые пролетели как мгновение, впрочем, как и вся жизнь. Да, очевидно, никто бы и не держал на кафедре до 75 лет, если бы плохо работала. Без лишней скромности, могу добавить, что работала я, как и училась, успешно. Сейчас, когда пишу вот эти самые воспоминания, оглядываюсь назад, понимаю, что прожита она, жизнь, недаром. И дело не в постах и должностях, грамотах, досках почета, а в том, что делала нужное, полезное дело, которое бесспорно было вкладом в строительство страны и к тому же приносило мне удовлетворение. Замечательную специальность выбрал мне В.А.Лазарян, созидательную. Приятно сознавать, что стоят сооружения, известные в стране, выдержавшие испытание временем, к проектированию которых и я причастна. И так, подведем итоги: 57 лет непрерывного стажа на благо Родины. И еще один момент: меня всегда, в большинстве своем, окружали хорошие люди.
Дорогие коллеги кафедры «Графика», спасибо вам за то, что вы были в моей жизни!
Дорогие коллеги из моего далекого проектного прошлого, я вас помню и люблю!
На этом я могла бы, и поставить точку: задание выполнено, мой вклад в розбудову країни освещен.
Но нет, друзья, не могу! А время, а семья?! Ведь не в вакууме же мы розбудовували країну? А время было разное, в том числе и один из самых удивительных периодов советской власти, знаменитые шестидесятые. Начну с него.
Вспоминаю март 1956 год. Огромная 364 аудитория. Собрание, на котором нас знакомят с постановлением 20-го съезда КПСС «О разоблачении культа личности», которое для большинства было потрясением, взрывом атомной бомбы. Ведь многие свято верили в кормчего всех времен и народов, но не я. Все трагические события в нашей семье: расстрел дедушки в 1938 году, арест мамочки и Магадан связаны с именем Сталина, о чем, не таясь, говорили в семье. Да и мой личный опыт как и многих моих знакомых, не позволял боготворить тирана. На всю жизнь сохранила память о страхе и притворстве, что пришлось испытать 6 марта 1953 года. Умер Сталин. Школа в трауре. Класс и классная рыдают. Меня охватывает страх: что будет, если увидят, что я не плачу? Падаю на парту, слюнями рисую слезы, имитирую рыдания. Отвратительно, унизительно, но страх сильнее. И вот, наконец-то, тиран всех времен и народов разоблачен. После собрания предчувствие свободы, которое не обмануло. Где-то в мае в вестибюле института читаю объявление: «в июле состоится студенческая туристическая поездка в Чехословакию, заявление подавать в профком студентов».
Бегом в профком с заявлением. И в июле вместе с немногими другими студентами отправилась в Чехословакию. Вот он первый — маленький глоток свободы, железный занавес приподнят. Впечатление потрясающее: и страна, и народ, и Прага, и встречи со студентами. В беседах главный вопрос — Сталин и самоубийство Фадеева. Мы проинструктированы и в ответах сдержаны. Кстати, памятник Сталину в Праге по своей монументальности и силе оказываемого впечатления не имел равных даже в СССР. Естественно, его потом взорвали и разобрали, а уже в наше время прошла информация по ТВ о том, что автор этого памятника покончил с собой, узнав о зверствах тирана.
Знаковое событие того времени – реабилитация политических заключенных, для большинства посмертная. Получили и мы справки о реабилитации дедушки и мамы. Как оказалось, дедушку расстреляли всего через месяц после ареста. Наступили новые времена. «А все, что молодо по-новому старается быть модным» (Е.Евтушенко). Появились стиляги: кок, галстук-селедочка, брюки-дудочки и узнаваемый «походняк», с легким небрежным раскачиванием. И у нас на потоке имеются такие, немного, но есть. Но не дремлют и комсомольцы- ортодоксы. Помню комсомольское собрание, на которое принесли ножницы с целью подстричь стиляг. Но, увы! Лед тронулся, и ветер перемен не остановить. Дорогие друзья, потенциальные читатели! Дело вовсе не в стилягах, джазе, твисте и рок-ен-ролле. Шестидесятые это действительно удивительные годы, годы удивительной атмосферы духовности, искусства, бума в литературе. Издаются запрещенные прежде русские классики, известные зарубежные. Вся страна читает взахлеб: в метро, в трамвае: спешат прочитать то, что было запрещенным, да и современная литература стала интересной. Журналы «Новый мир», «Юность» нарасхват. Боже, а что было, когда в 1961 году в «Новом мире» опубликовали «Один день Ивана Денисовича» А.И. Солженицына! Журнал не достать, передают из рук в руки, только о Солженицыне вся страна и говорит.
По стране проходят вечера поэзии. Популярны и любимы молодые поэты Е.Евтушенко, А.Вознесенский, Р.Рождественский.
Живем бедновато. Шмоток в гардеробе немного. Модные, т.е. импортные, нужно доставать. Но сыты. В столовых хлеб, горчица и соль бесплатно. Со стипендии можно и ресторан посетить. Для студента доступны Большой театр, «Современник», концерт известного пианиста, дирижера. Большой интерес молодежи к классической музыке. Американский пианист Ван Клиберн, лауреат Московского конкурса им. Чайковского, был кумиром молодежи. И, конечно же, студенческие вечеринки, встречи, увлечения, расставания – все то, что бывает только в молодые студенческие годы и никогда больше не может повториться. В 1958 году происходит судьбоносная встреча в моей жизни. После четвертого курса я со своей подружкой и еще двое студентов с потока едем на производственную практику в Минск, где я и встретила Владимира, свою «шалену любов» и судьбу. Владимир покорил студентку-блондинку из Днепропетровска своей эрудицией, музыкальностью да, и внешностью далеко незаурядной. Встречи и поцелуи в городском сквере, романтическая переписка окончились женитьбой, и после окончания института в 1959 году я уезжаю в Минск.
В 1960 году родилась доченька Леся. У нас гармоническая семья: любовь, доверие, взаимопонимание. Но доченька болеет (астма), влажный климат не подходит, и в 1969 году переезжаем в Днепропетровск, ближе к родителям и к морю. Гармония в нашей семье продолжалась 25 лет, а потом в одночасье исчезла. Семья сохранилась и до настоящего времени, но без гармонии, без взаимопонимания: конфликт ценностей, как точно сказал поэт: «любовная лодка разбилась о быт». Вот так и живем глухими.
Сейчас я опять хочу вернуться ко времени. В моих воспоминаниях уже прозвучала мысль о том, что при любом режиме есть место для выбора, все зависит от человека. В шестидесятые годы в Беларуси Личностью, Человеком с большой буквы, был секретарь ЦК КПСБ Мазуров К.Т., который не побоялся впасть в немилость Хрущеву Н.С. и отказался засеивать Беларусь кукурузой, в отличие от руководства Украины. И должна сказать, что Беларуси при Мазурове К.Т., а затем и при Машерове П.М. (который трагически погиб в 1981 году, как говорили, не случайно), очень выгодно отличалась от всех остальных республик СССР. Я бы сказала, что это была социалистическая республика с человеческим лицом. В то время, когда в Украине хлеб был с горохом и кукурузой, а крупы отпускали по талонам, в Беларуси было изобилие. Это время я хорошо знаю и помню, поскольку родители жили в Днепропетровске, куда мы передавали и продукты, и промтовары, где и сами часто бывали.
Когда случился Чернобыль, и в Киеве состоялась первомайская демонстрация, я не могла не вспомнить Минск 1962 года: первомайская демонстрация была отменена из-за плохих погодных условий (шел дождь со снегом). Без комментариев…
К концу шестидесятых оттепель сменили заморозками, а заморозки перешли в дурно пахнущий застой. После введения войск в Чехословакию и арестов диссидентов эйфория улетучилась. Наступили мрачные времена, которые очень точно отразились в анекдотах того времени. Напомню некоторые из них.
«Ленин показал, как надо управлять государством, Сталин – какие бывают перегибы, Хрущев – как не надо управлять, Брежнев – государством можно вообще не управлять»
«Великая отечественная война – небольшой эпизод в «Малой земле»
«Приехавший в Москву грузин на один день собирается купить дубленку, побывать в Мавзолее и в Большом театре. Сосед по гостиничному номеру говорит, что это невозможно. Вечером довольный грузин возвращается в номер. Сосед спрашивает, как ему все удалось. Грузин поделился опытом.
Прихожу в ГУМ, обращаюсь к продавщице: «Девушка, мне нужно две дубленки одна вам, другая мне»;
подъезжаю к Мавзолею. Мавзолей закрыт на ремонт. Рабочему предлагаю ящик коньяка. Рабочий спрашивает: «Вас провести или вам вынести?»
Время утраты веры и ценностей, сплошного дефицита, ввода войск в Афганистан,
кульминации антисемитизма и растущего потока желающих покинуть страну. Вспоминаю потрясший меня случай, я тогда еще работала в Промстройпроекте. Как-то пришла на работу сотрудница вся в слезах и рассказывает: вернулась дочка со школы, и выяснив, что вся семья евреи и она в том числе, разрыдалась.
Да, все это было. Могла бы здесь привести еще много эпизодов того периода, которые самым драматическим образом повлияли на судьбу близких мне людей и на мою в том числе. Но… не получила на то согласие.
Итак, я подошла к перестройке. Опять подарена надежда, но, ненадолго. Система сожрала себя саму.. Наступил 1991 год и с ним современная история, история независимого государства Украина. Комментировать наше время не стану, так как не смогу сделать это лучше «95 квартала».
Однако, друзья, нам это время дало то, что мы не имели долгие десятилетия: моральную и социальную реабилитацию, полноту прав и свобод, предусмотренных Конституцией Украины. Это надо помнить и ценить.
С 1992 года я активный член Украинского союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей, с 2001 года очень активный, т.к. в связи с болезнью Ю.Я. Вольского и по его рекомендации пришлось взять на себя обязанности председателя Днепропетровского областного отделения УСУЖН. Вот уж не ожидала и не собиралась в 66 лет осваивать новый вид деятельности, руководить общественной организацией. И, как показало время, с этим справилась успешно. Хорошие в моей жизни были учителя и замечательные родители, которые всегда были для меня примером для подражания. Несмотря на сложную, порой трагическую судьбу, до конца жизни они сохранили способность и потребность любить и помогать, и радоваться жизни. Лично я всегда любила и люблю учиться, и открыта к переменам. Моя трудовая и общественная деятельность была оценена многочисленными грамотами, медалью «За заслуги перед містом» и орденом «За заслуги 3-го ступенню».
Осталось добавить о моем семейном положении в данное время. Муж на пенсии, является членом и волонтером нашей организации, членом Союза журналистов Украины, освещает деятельность нашей организации в СМИ. Внучка окончила Киево-Могилянскую Академию, юрист, живет и работает в Киеве.
Дочь психолог, работает в Игренской областной психиатрической клинике, зять инженер, работает мастером на НТЗ Интерпайп. Дочка с зятем живут в доме, построенном еще моим папой в 1962 голу на месте сожженного немцами дома моих бабушки и дедкшки. В доме горит свет. Семья, друзья собираются за столом под орехом, посаженным моим дедушкой в 1913 году. Это вековое дерево любит моя внучка. У нее прабабушкина улыбка, прабабушкин взгляд. Все возвращается на круги своя.

Днепропетровск
25.01.2013

Пошук
Розділи
20181004_141640

День людини похилого віку у Київі

04 жовтня поточного року члени Української спілки ...
230808431111

З Днем Незалежності України !

Вельмишановні мої побратими по долі, колеги, дорогі друзі ...

Представники спілки в’язнів-жертв нацизму вшанували пам’ять полеглих у Другій світовій війні

22 червня, у день початку Великої Вітчизняної ...

Інтерв’ю Голови УСВЖН Маркіяна Демідова на Громадському радіо

Голова Української спілки в'язнів-жертв нацизму Маркіян Демидов, ...

Щоб ніколи не повторилося

«Бережімо мир!»   11 квітня у всьому світі відзначають ...

11 квітня 2018 року в Нікополі

11 квітня 2018 року в Нікополі відзначили ...

11 квітня у Снігурівському відділенні УСВЖН

За багаторічною традицією 11 квітня в нашому ...
библиотека 288 сш 013

Зустріч з київськими учнями до Міжнародного дня визволення в’язнів фашистських концтаборів

Голова Спілки Маркіян Дмитрович Демидов, колишній малолітній ...
2018_04_12_zystrich_zybok_52

«Я не хочу, щоб діти плакали знову»

«Я не хочу, щоб діти плакали знову» Ці ...
IMG_20180411_105751

11 квітня в Україні і усьому світі відзначають Міжнародний день визволення в’язнів фашистських концтаборів.

Міжнародний день визволення в’язнів фашистських концтаборів відзначається ...
Останні записи